Карта сайта
22 февраля 2012, 12:59

НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ – БЫЛОЕ И ДУМЫ

Аронов Дмитрий Владимирович – политолог, д.и.н., профессор кафедры «Философия и история» «Госуниверситета – УНПК»

Проблема национальной безопасности относится к числу своего рода вечных проблем как политической теории, так и практики государственного строительства. Практически с того момента, когда человечество перешло от родоплеменного строя к городскому образу жизни с утратой прежних кровнородственных (по простому семейных) регуляторов общественной жизни и их заменой на регулятивную функцию надличностных образований, и прежде всего государства, начался тот период истории, когда государство постоянно брало на себя функцию обеспечения безопасности общества.
Все тысячелетия истории нашей цивилизации это борьба за место под солнцем, лучшие торговые пути, лучшие места для крепостей. Самые богатые рудники, тучные пажити, запасы нефти и т.д. и т.п. Традиционным способом обеспечения безопасности было качественное и количественное наращивание вооруженных сил во всех их проявлениях (число реальных штыков, новые средства уничтожения себе подобных, системы снабжения армии, ее подготовка, комплектование и т.д.и т.п.). При переходе от обществ а с традиционной экономикой, где подавляющее большинство населения было занято в сельском хозяйстве и обеспечивало самое себя хлебом насущным, к цивилизации городского типа встал вопрос о продовольственной безопасности. Правды ради следует отметить, что для рада городских цивилизаций как древности, так и средневековья (греческие полисы, Новгород и Псков и их аналоги в Западной Европе) этот вопрос был жизненно важным и ранее. Однако это происходило не столько в силу гипертрофированного развития города как цивилизационного феномена, сколько в силу уникальности географического положения и особенностей исторического развития.
С развитием и усложнением политических институтов, служивших основой формирования органов государственной власти появилось понятие политической (или в более узком значении – парламентской) безопасности. Обеспечение преемственности в организации цепочки формализации власти от народа (в той или иной степени признаваемого носителем / источником власти начиная с войны за независимость США 1775-1776 гг. и великой французской революции 1789 г.) к власти представительной исполнительной неотъемлемая черта перехода к демократическим формам организации управления обществом.
Однако сколь широким ни был бы спектр выделяемых в современном социуме частных параметров национальной безопасности, в любом случае в качестве их основы выступает обеспечение безопасности общества от внешнего вооруженного вмешательства. В истории международных отношений конечно можно выделить периоды, когда с большей или меньшей степенью искренности носителями политической власти различных государственных образований предпринимались попытки создать иную, надгосударственную систему регуляторов, обеспечивающую внешнюю безопасность государства посредством норм международного права и соответствующей правоприменительной практикой международных организаций. В самом общем виде можно говорить о Священном союзе 1815 г., Лиге наций 1919 г. и, конечно же, об Организации Объединенных Наций 1945 г. и по настоящее время.
Но сколь ни прекрасны были замыслы и устремления их создателей, практика показала, что мировое сообщество не располагало ни необходимыми ресурсами, а еще чаще политической волей, что бы показать, что нормы международного права обеспечивают реальный суверенитет всем участникам международных отношений. Практика ООН, имеющей наиболее длительный и богатый опыт попыток решения данной проблемы показывает, что инструмент, созданный как площадка для снятия противоречий в соперничестве двух сверхдержав (можно говорить шире – мирохозяйственных систем), в общем выполнивший свое предназначение, оказался малоэффективным в условиях ухода с геополитической арены одного из игроков и возникновения миропорядка, определяемого как «однополярный мир».
Последние двадцать лет показали, что соблазн перестроить мир под себя оказался неодолимым и США, зачастую фактически вопреки своим собственным стратегическим интересам, начали новую партию на мировой шахматной доске.
В этих условиях их устраивала Россия исключительно как бывшая великая держава, занимающая гигантскую часть обитаемой суши, но чье влияние фактически не распространяется за эти пределы. Что же касается «освоения» собственно ее территории в своих национальных интересах, то это оставлялось на потом, либо реализовывалось через агентов влияния внутри страны. Соответственно продолжали создаваться технические инструменты, позволяющие ликвидировать последнюю потенциальную угрозу новому «центру мира» в виде постепенно устаревающего ядерного потенциала России. Вариантов здесь было много, начиная от пресловутых «звездных войн» в духе фильмов Дж.Лукаса («Империя наносит ответный удар» и т.п.) и заканчивая вполне реальной, хотя вплоть до настоящего времени малоэффективной системой ПРО. Для продолжения работ в этом направлении под надуманным предлогом появления ракетного оружия у «стран-изгоев», США вышли из договора о ПРО 1972 г., окончательно разбалансировав систему стратегического сдерживания угрозы ядерного нападения.
Все вышесказанное, как нам представляется, вполне объясняет и базовые дискурсы доктрины национальной безопасности России, и те идеи, которые легли в основу шестой предвыборной статьи премьер-министра России Владимира Путина «Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России». Акцент в ней однозначно сделан на его видении практически всех аспектов военной безопасности России, взаимосвязанных почти исключительно с вооруженными силами страны. Органы безопасности, охраны правопорядка упоминаются походя, буквально в трех-четырех местах. В контексте необходимости решения стратегических вызовов России, о которых речь шла в первой статье В. Путина «Россия сосредотачивается - вызовы, на которые мы должны ответить» подобный подход вполне оправдан, тем более что последняя статья явно претендует на показ того синергетического эффекта, который предполагается достичь в результате реализации программы Владимира Путина (изложенной во всей совокупности статей) в целом.
Можно указать на хорошо заметные связи между тезисами о развитии ОПК (лично мне больше по душе старый добрый ВПК – военно-промышленный комплекс, а замену военный на оборонный, как ненужная дань политкорректности, но в любом случае это сути не меняет) и промышленностью в целом. Указания на взаимосвязь между взаимовлиянием тезнологических инноваций в военном и гражданском секторах экономики, возможный положительный эффект конкуренции государственного и частного укладов в сфере ОПК. Можно говорить и о более глубоких скрытых смыслах. Как представляется одним из них выступает тезис о превращении армии в социальный лифт, увязку гражданской службы со службой вооруженных силах, что отсылает нас к статье об эффективном государстве. Сразу можно добавить, что одним из подобных рычагов могло бы стать условие о службе в тех же органах внутренних дел, которые в части заработной платы становятся как и вооруженные силы вполне конкурентоспособными на рынке труда, только при условии прохождения срочной или контрактной службы. Что касается женщин полицейских, то это вопрос может быть решен в рамках формирования упомянутого в предложениях Владимира Путина «национального резерва».
Однако главный смысл статьи, в которой, обратим внимание, ни разу не названы конкретные носители угроз для России, что вполне объяснимо ввиду их ясности, а равно особенностей предвыборного жанра, состоит в четком предупреждении. Россия сосредотачивается, сосредотачивается, вспоминая генерала де Голля по всем радиусам. Вновь показано, что реальным средством сдерживания глобальной войны выступает ядерный щит, обеспечиваемый ассиметричной ПРО. Базовыми стратегическими направлениями его совершенствования, вполне в духе практики вооруженных конфликтов уже нашего века заявлено высокоточное ракетное оружие и его космическая инфраструктура, а, как говорится «взгляд в будущее» определяет перспективой «создание оружия на новых физических принципах (лучевого, геофизического, волнового, генного, психофизического и др.). Всё это позволит наряду с ядерным оружием получить качественно новые инструменты достижения политических и стратегических целей. Подобные системы вооружений будут сопоставимы по результатам применения с ядерным оружием, но более «приемлемы» в политическом и военном плане. Таким образом, роль стратегического баланса ядерных сил в сдерживании агрессии и хаоса будет постепенно снижаться».
Параллельно, с учетом многочисленных конфликтов на постсоветском пространстве и ближайшем зарубежье, обосновывается переход на бригадную структуру вооруженных сил с повышением сроков их боеготовности. Вместе с тем перспективы защиты потенциальных союзников в иных точках земного шара неявно, но как нам представляется, присутствуют в развитии океанского флота, его как подводной, так и надводной составляющей, а также в модернизации ВВС с их стратегическим присутствием в лице АДД в потенциально важных для геостратегических интересов страны регионах мира.
Россия вновь возвращается за мировую шахматную доску, нравится это кому то или нет. И это объективная необходимость, ибо русская, российская национальная идея не годится для общества, коллапсирующего в усеченных имперских границах, а без идеи не будет и самого общества. Так что, «Россия сосредоточивается ….», как сказал еще канцлер Александр Горчаков.
 

Ссылка для блогов